3308/246

Материал из Enlitera
Перейти к навигации Перейти к поиску
Присоединеніе Крыма къ Россіи.
Рескрипты, письма, реляціи и донесенія.
Автор: Н. Ф. Дубровин (1837—1904)

Источник: Присоединение Крыма к России. Рескрипты, письма, реляции и донесения. 1775—1777 г. / Н. Дубровин. Том первый. — Санкт-Петербург: тип. Имп. Акад. наук, 1885. Качество: 75%


Письмо князя Прозоровскаго — Ширинъ-бею и Абдувели-агѣ. (Приложеніе № 2).

[347]

12-го февраля 1777 г.

Письмо ваше дружеское, великолѣпные мои пріятели, получилъ, которое я читалъ съ сердечнымъ моимъ удовольствіемъ, видя въ васъ столь усердныхъ патріотовъ, а притомъ и разумное ваше расположеніе. Теперь, мои искренніе пріятели, буду я съ вами говорить какъ съ истинными друзьями. Желалъ-бы я, чтобы вы хотя двухъ человѣкъ людей вѣрныхъ прислали ко мнѣ, съ которыми-бы я могъ пересылать къ вамъ письма, ибо сіе не малое мнѣ наноситъ затрудненіе, поелику что хотя и кромѣ сотника Маргоса имѣю я людей вѣрныхъ, но они способности таковой не имѣютъ доставлять вамъ письма. Теперь-же во взаимность долженъ вамъ сказать о полученномъ мною третьяго дня въ вечеру отъ 7-го числа сего мѣсяца письмѣ отъ его свѣтлости Шагинъ-Гирея, избраннаго уже на Кубанѣ ханомъ, которое въ [348] короткомъ содержаніи и состоящее только въ томъ, что онъ вошелъ въ Темрюкъ безъ всякаго сопротивленія и кровопролитія, а черезъ нѣсколько дней считаетъ уже быть въ Таманѣ, а впрочемъ сослался на рапортъ слѣдующій при томъ ко мнѣ отъ г. бригадира и кавалера Бринка, въ которомъ онъ ко мнѣ пишетъ, какъ объ Ачуевѣ я уже извѣстіе имѣлъ, что Темрюкъ отдался Шагинъ-Гирей-хану и всѣ тамошніе обыватели безъ всякаго спору, а и братья его Батырь и Арсланъ-Гиреи султаны съ нимъ соединились. Откуда, приближась онъ къ Таману, посылалъ туда людей отъ себя къ Орду-агаси сказать ему, что какъ сей городъ вольный и независимый ни отъ кого татарской области, то и пребываніе его въ той крѣпости въ противность трактатамъ; а по пересылкѣ нѣсколько разъ, убѣдили онаго справедливыми резонами оставить ту крѣпость, который наконецъ и прислалъ своихъ людей просить его свѣтлость и бригадира Бринка, чтобъ ему дать суда перевезтись въ границы Ениколя и Керчи, а оттуда-бы позволить ему пройтить чрезъ Перекопъ въ Очаковъ, что ему яко дружескому войску и обѣщано, и который, если ледъ на проливѣ очистился, то перевозится или уже и совсѣмъ перевезенъ, а потому и безопасный конвой ему отправленъ. А и бригадиръ Бринкъ писалъ къ г. генералъ-маіору Борзову о пріуготовленіи судовъ для перевозки его свѣтлости со свитою въ Ениколь, которые уже потому и готовыми состоятъ и г. Борзовъ увѣдомлялъ меня, что чрезъ два дня надѣется онъ ледъ совсѣмъ очистится и перевозку имѣть можно, а къ тому, что и отъ находящихся въ Ениколѣ вашихъ чиновниковъ посланы письма къ вамъ мои великолѣпные пріятели. А мансурскаго поколѣнія къ Мехметъ-Шахъ-бею по отправленіи отъ меня надѣюсь, что на другой день имъ получены. Теперь уже я долженъ вамъ, пріятели мои, сказать, что я писалъ къ Шагинъ-Гирей-хану и какъ скоро онъ прибудетъ въ Ениколь, то я буду тотчасъ извѣщенъ. По полученіи сего я, оставя не далеко отъ перекопской линіи деташаментъ войскъ для прикрытія идущихъ ко мнѣ транспортовъ, самъ со всѣми войсками пойду на Салгиръ, гдѣ [349] нашъ ретраншаментъ, или нѣсколько ниже, возьму по теченію рѣки, а по надобности могу я перенестись на рѣку Индаль, или отъ себя туда войскъ отдѣлить. Деташаментъ-же г. генералъ-маіора графа де-Бальмена уже въ движеніи къ Арабату, который, пройдя сію крѣпость, и расположится лагеремъ. Когда-же его свѣтлость вознамѣрится выѣхать изъ Ениколя, то тамошній гарнизонъ съ прибавленіемъ знатнаго числа конницы будетъ персону его прикрывать, а графъ де-Бальменъ пойдетъ на встрѣчу ему, и такъ войско еникольское возвратится въ свое мѣсто, а графъ де-Бальменъ будетъ его препровождать до войскъ, находящихся при мнѣ, а я уже съ его свѣтлостью пойду до города Козлова, ибо я сіе мѣсто призналъ наиспособнѣйшимъ къ сему первому собранію, а особливо выгоднѣе для войскъ и безъ отягощенія здѣшнимъ обывателямъ, потому что я въ нынѣшнее время, когда охотою не будутъ продавать фуражъ, принужденъ буду брать оный насильно и хотя тутъ-же на мѣстѣ и заплату имъ дѣлать, но не всѣмъ обывателямъ сіе будетъ нравиться. А къ тому Ениколь не почитаю я удобнымъ къ сему расположенію, ибо, зайдя туда въ уголъ, открою не только у себя задъ, но и весь Крымъ, а тѣмъ самымъ и удалюсь я отъ своихъ магазиновъ. Подвозка-же нынѣ, какъ вамъ самимъ, пріятели мои, извѣстно, неспособна, а къ тому-же отъ доставленія сюда съ Днѣпра провіанта и волы пришли нѣсколько въ изнуреніе, а по моему вышесказанному распоряженію весь Крымъ будетъ въ рукахъ моихъ и куда только потребно, я съ войсками на ту сторону и обратиться буду способенъ. Близъ Козлова-же расположить войска, буде время еще будетъ холодное, можно по мансурскому поколѣнію. А теперь васъ, великолѣпные мои пріятели, прошу, не можете-ли вы мнѣ помочь, чтобы при движеніи войскъ татары продавали фуражъ охотою и чтобъ не употреблять къ тому насилія, ибо какъ собственный вашъ теперь интересъ, такъ и политическіе резоны требуютъ, чтобы отъ того удаляться, дабы нижній народъ тѣмъ не огорчить; безъ онаго-же фуража я никакъ обойтиться не могу. Какъ-же скоро получу я отвѣтъ на [350] отправленное мое, какъ выше значитъ, къ Шагинъ-Гирей-хану письмо, то и войска въ то-же время вступятъ въ движеніе. О всемъ-же, что я отъ его свѣтлости свѣдаю и получать отъ него буду, васъ, пріятелей моихъ, увѣдомлять не премину, во взаимность чего и васъ прошу о всемъ потребномъ меня извѣщать, ибо теперь осталось намъ, какъ искреннимъ друзьямъ между собой обходиться. Только какъ я уже выше сказалъ, что не имѣю достаточно у себя людей съ кѣмъ-бы можно секретно къ вамъ письма пересылать, то если не можно вамъ будетъ своихъ людей ко мнѣ прислать, прошу постараться хотя изъ христіанъ здѣшнихъ и надежныхъ человѣкъ двухъ прислать и увѣрить ихъ, что я хорошое имъ награжденіе за то сдѣлаю. Забылъ я вамъ сказать, что я совѣтовалъ его свѣтлости по прибытіи въ Ениколь послать патріотической партіи свои письма и стараться, чтобы они при въѣздѣ его въ Ениколь и хотя-бы ближніе съ нѣкоторымъ числомъ и войска прибыли къ нему. А потому онъ и будетъ писать ко мнѣ, яко къ командиру союзныхъ войскъ, чтобы я ему помощь сдѣлалъ, а таковое-же письмо въ лицѣ-бъ всего общества и отъ находящихся при немъ мурзъ было-бъ прислано, сіе единственно для политическихъ резоновъ потребно, а тѣмъ самымъ и войска, къ нему отряженныя, могутъ быть употребляемы, гдѣ только будетъ потребно. Впрочемъ-же, мои искренніе пріятели, если вы сами поставленнаго надъ вами можете изъ Крыма отправить, то сіе весьма изрядно. А впрочемъ съ согласія вашего, я могу его къ тому и принудить, ибо я на то и высочайшее уже рѣшеніе имѣю. Но если онъ моремъ въ теперешнее время поопасется ѣхать, то я его могу и чрезъ Перекопъ пропустить въ Очаковъ и дать ему безопасный конвой до Кинбурна. Теперь осталось мнѣ только увѣрить васъ, мои искренніе пріятели, безъ всякаго лицемѣрія, что я есть вамъ искренній другъ и желающій всякаго вамъ добра и благополучія.

Содержание